Золотое руно

Пересказ В.В. и Л.В.Успенских

Как Медея отмстила Язону и Главке

В тот же вечер сыновья Язона играли на улице недалеко от храма Гименея, в котором коринфяне празднуют свадьбы. Вдруг в темноте показались факелы, послышался шум и говор веселой толпы. Потом заиграли флейты, грянуло пение и загремели колеса. - О Гименей, о Гименей! - восклицала толпа. Маленький сын Медеи с удивлением увидел на свадебной колеснице Язона в сверкающей царской одежде. Он побежал к Медее и закричал:

- Мама, иди-ка! Посмотри: наш отец открывает шествие - весь золотой стоит он на колеснице!

Медея стремительно выбежала из дому и увидела, как Язон об руку с Главкой сошел с колесницы и поднялся по ступенькам в храм.

Медея хотела войти вслед за ними, но толпа ее не пустила. Коринфяне, так же как жители Иолка, не любили Медею за то, что она колдунья, а Язона они любили и очень гордились тем, что великий герой поселился у них и женится на коринфской царевне.

Совсем обезумев от горя, Медея вернулась домой и послала к Язону старшего сына. Она умоляла, чтобы муж ее, прежде чем отправиться во дворец, зашел к ней проститься.

Язон, который чувствовал себя виноватым перед Медеей, послушался и пришел.

- Ты напрасно горюешь, Медея,- сказал он ей ласково и печально.- Я не забыл о клятве, которую дал тебе при царице Арете, и люблю тебя так же, как прежде. Боги знают, что я не хотел жениться на Главке. Я это сделал ради наших детей. Ты подумай: даже беспечный Евфал и тот сотворил себе остров из комка негодной земли. А мы ничего не имеем, и дети, твои и мои, живут из милости у чужих.

Но Медея не верила ни единому слову Язона.

- Ты обманщик и трус! - закричала она.- Почему ты тайком от меня отправился с Главкой в храм? Побоялся сказать мне об этом? И зачем говоришь ты о наших детях? Если ты их действительно любишь, то знай, что лучше им сделаться бондарями или кузнецами, чем быть царевичами и жить всю жизнь рядом со злою мачехой. Будь уверен, что Главка погубит их.

И вот, видя, что сделанного нельзя изменить и что суровый Язон не откажется от женитьбы на Главке, Медея задумала страшную месть.

- Погоди,- сказала она Язону.- Я сержусь на тебя, но я не сержусь на царевну. Я хочу ей послать драгоценный подарок, чтобы она хорошо обращалась с моими детьми.

Говоря так, она побежала в дом, достала из сундука золотой венец работы Гефеста и чудесно вышитую одежду, которые тайком от всех привезла ей однажды Геката. Отдав обе вещи Язону, Медея сказала:

- Венец для царя, а одежда для Главки. Пусть наденут и помнят меня добром.

Обрадованный подарками, Язон решил, что Медея примирилась со своей суровой участью, и поспешил во дворец, где ждала его Главка.

А Медея, посмотрев ему вслед, усмехнулась жестокой усмешкой, потом побежала домой, взглянула на сыновей, мирно спавших в постели, и, не выдержав, зарыдала.

Тем временем царь Креонт, обеспокоенный, что Язон так долго не возвращается от Медеи, подумал:

"Покуда эта колдунья живет возле нас, ни мне, ни Язону, ни Главке не будет покоя. Чего доброго, она и сейчас околдует Язона, и он совсем не придет во дворец".

Подумав об этом, Креонт послал к Медее гонца с суровым приказом. Но только что вышел гонец, явился Язон.

- Все обошлось хорошо,- сказал он Креонту,- я помирился с Медеей, и она не станет преследовать нас своим колдовством. Вот венец для тебя и одежда для Главки. Это подарок Медеи. Примерьте-ка.

Увидев бесценный венец искусной работы Гефеста, Креонт подумал:

"Напрасно послал я гонца. Надо отправить другого и отменить мой жестокий приказ".

Но прежде, чем сделать это, он примерил венец. А Главка, схватив чудесно расшитую ткань, захлопала от радости в ладоши.

- Медея гораздо добрее, чем о ней говорят! - закричала она и тут же надела одежду.

Но в тот самый миг, когда драгоценный венец коснулся волос Креонта, а мягкая ткань окутала плечи Главки, отец и дочь почернели, как угли, и замертво рухнули на пол. Оба волшебных подарка Медеи были отравлены страшной Гекатой, мрачной владычицей мертвых. Всякий, кто их примерял, доставался богине Гекате.

Так погибли Креонт и царевна за то, что они разлучили Медею с Язоном и на чужом несчастье хотели построить счастье и мир для самих себя.

Между тем гонец с жестоким приказом явился к Медее. Всеми покинутая, она лежала ничком на полу и горько рыдала.

- Встань и выслушай слово царя! - возвестил суровый гонец.- Царь Креонт приказывает тебе до зари покинуть наш город и уйти из него навсегда. Сыновей же твоих я сведу во дворец, и они будут жить, как царевичи, у Язона и Главки.

С диким криком вскочила Медея и кинулась на гонца. Она была так страшна в своей ярости, что гонец испугался и убежал.

А Медея, дрожа и не зная, что делать, бросилась к детям. Ате, богиня безумия и глупости, которая только и знает, что подбивает людей на дурные дела, вселилась в Медею и лишила ее рассудка. Безумной царевне почудилось, что лучше убить детей, чем отдать их Язону и Главке. Так Медея и сделала. Она схватила кинжал и, не помня себя, заколола им спящих детей, а потом вонзила его себе в сердце.

Но как только острый кинжал коснулся сердца колдуньи, грянул гром и ужасная колесница Гекаты, запряженная парой драконов, появилась над городом. Холодный вихрь закружил Медею, поднял ее на колесницу и умчал в подземное царство как раз в ту минуту, когда прибежал Язон. Горько плакал Язон над телами своих сыновей, тщетно звал он Медею назад из подземного царства.

Смертью обоих сыновей судьба покарала Медею за то, что она из корысти убила Пелия и свалила вину на его дочерей. А Язона она покарала за то, что он не сдержал своей клятвы, и за то еще, что, покинув Медею, он из черной корысти женился на Главке.

Далее

Пока нет комментариев посетителей к данной статье

Обязательны к заполнению поля "сообщение" и "код"