|
Путешествие Тора в Утгард
Выехал Тор на своей колеснице, запряженной козлами, и поехал с ним Локи. Под вечер завернули они к дому одного человека и остались там ночевать. Вечером взял Тор своих козлов, что были запряжены в колесницу, и обоих зарезал. Потом, освежевав их, положил мясо в котлы. Когда же кушанье было готово, Тор и Локи уселись за ужин и пригласили к столу крестьянина со своей семьей: с женой, сыном и дочерью. Мальчика звали Тьяльви, а девочку Рёсква. После ужина расстелил Тор козлиные шкуры по полу и велел крестьянину и его домочадцам кидать кости съеденных козлов в те шкуры. Так они и сделали. Но сын крестьянина, Тьяльви взял бедренную кость и, достав свой нож, расколол ее и выковырял мозг.
Переночевав, на рассвете встал Тор и оделся. Захватив свой молот Мьёлльнир, вышел он из дома и, подняв молот, освятил им шкуры с костями, и козлы встали как живые; только один из них хромал на заднюю ногу. Увидал это Тор и начал бранить крестьянина, говоря, что напрасно домочадцы его так неосторожно обошлись с костями козлов: Тор понял, что кто-то сломал берцовую кость.
Нет нужды даже рассказывать, как испугался крестьянин, видя, что Тор грозно сдвинул брови: от одного взгляда аса едва не упал он на землю от ужаса. Схватив молот, Тор так сжал его в руках, что даже пальцы побелели. Тут крестьянин и вес его семейство подняли крик и плач и стали просить пощады, предлагая за охромевшего козла все свое достояние.
Увидел Тор их страх, и гнев его поулегся. В знак примирения взял он детей крестьянина - Тьяльви и Рёскву - к себе на службу, и с тех пор они неотлучно сопровождают его.
Оставив там своих козлов, отправился Тор в Ётунхейм - страну великанов - и шел до самого моря. Переправившись через море, выбрался он на берег вместе со своими спутниками - Локи, Тьяльви и Рёсквой. Вскоре подошли они к большому лесу и шли этим лесом весь день, до самых сумерек. Никто на земле не мог поспорить в скорости с Тьяльви; он нес мешок Тора, а еды у них было немало.
Когда стемнело, стали они искать себе на ночь пристанища и набрели вдруг на очень просторный дом. С одной стороны был у него вход - шириною во всю стену. И там-то, около входа, под крышей, и устроились они на ночлег. Но среди ночи случилось большое землетрясение, земля задрожала, и весь дом заходил ходуном. Позвал тогда Тор своих спутников, стали они осматриваться и нашли по правую сторону дома еще и пристройку. Когда вошли они туда, Тор встал у входа, а спутники его забились в угол. Все были страшно напуганы, и Тор держал наготове свой молот, чтобы защищаться. Всю ночь слышали они громкий шум. Как только наступил день, вышел Тор из хижины и увидал неподалеку в лесу спящего человека далеко не малого роста; во сне он ужасно храпел. Понял тогда Тор, что за шум слышали они ночью. Подпоясался Тор своим Поясом Силы, и возросла сто сила аса. Но тут великан проснулся и поднялся на ноги, и говорят, у Тора на этот раз не хватило духу ударить его молотом. Спросил его Тор об имени, и назвался тот Скрюмиром.
- Мне же, - заговорил великан, - нет нужды спрашивать о твоем имени - и так знаю я, что ты Аса-Top. Скажи-ка, не ты ли уволок мою рукавицу?
Протянул Скрюмир руку и поднял свою рукавицу с земли. Увидал тогда Тор, что она-то и послужила им пристанищем на ночь; за пристройку же приняли они палец той рукавицы.
Спросил Скрюмир, не желает ли Тор стать его попутчиком, и Тор согласился. Взял тогда Скрюмир свой дорожный мешок, развязал его и приготовился завтракать; Тор тоже расположился в сторонке со своими спутниками. Позавтракав, предложил Скрюмир сложить всю еду вместе, в один мешок. Тор согласился. Сложил Скрюмир все припасы в свой мешок и взвалил его себе на спину. Весь день шел он впереди огромными шагами. Под вечер он выбрал место для ночлега под большим дубом.
- Я лягу теперь и засну, - сказал Скрюмир Тору, - а вы возьмите мешок с припасами и поужинайте.
Лег Скрюмир под дубом и сейчас же заснул и громко захрапел, а Тор взял его дорожный мешок и принялся развязывать. Однако, хотя это может показаться невероятным, не удал ось ему развязать ни одного узла, ни одного ремня ослабить. Видя, наконец, что все труды сто тщетны, Тор рассердился, обеими руками схватил свой молот Мьёлльнир и бросил его в голову Скрюмира.
- Что это за листок упал мне на голову? - спросил Скрюмир просыпаясь. - Что, вы уже поужинали и устроились на ночлег?
Тор отвечал, что они сейчас лягут. Отошли они немного и прилегли под другим дубом, но спать, казалось им, было небезопасно.
В полночь услыхал Тор, что Скрюмир храпит так, что гул идет по лесу. Встал он тогда и подошел к великану, изо всех сил замахнулся молотом и ударил Скрюмира прямо в темя: глубоко в голову вошел молот. Скрюмир тут же проснулся.
- Что это еще? Неужелр! желудь упал мне на голову? А что же ты все не спишь, Тор?
Тор поспешно отбежал от пего и сказал, что только проснулся - а было это в полночь - и что можно еще долго спать, а потом лег снова, поджидая, когда Скрюмира опять сморит сон. Незадолго до рассвета услыхал Тор, что великан вновь захрапел. Встал тогда Тор, подбежал к великану и что было мочи ударил молотом прямо в висок - так, что молот засел по рукоять.
Проснулся Скрюмир, потер висок и сказал:
- Должно быть, какая-то птица сидит надо мной в ветвях дерева. Мне показалось, что какой-то сучок упал мне на голову. Что же ты не спишь, Тор? Уж не пора ли вставать? Теперь вам уже недалеко до селения, что зовется Утгард. Слыхал я, как перешептывались вы о том, что человек я немалого роста, но если попадете вы в Утгард, то увидите там людей еще больше меня. Я дам вам один полезный совет: не держите себя там надменно - стража нашего конунга Утгарда-Локи не потерпит насмешек от мелюзги! Если хотите добраться туда, не сбиваясь с пути, держите все на восток. Мне же путь лежит на север.
Взял Скрюмир дорожный мешок, вскинул его себе на спину и без дороги зашагал через лес.
Тор со своими спутниками пошли по указанной тропе и шли так до полудня; тут увидали они на поляне большой город. Им пришлось совсем запрокинуть головы, чтобы смерить его взглядом. Подошли они к городу и увидали железные решетчатые ворота, запертые изнутри. Подошел Тор к решетке, но никак не мог сладить с замком, - и поскольку они непременно хотели пробраться в город, пришлось им пролезть между прутьями той решетки.
За воротами увидали они большие палаты; они зашли внутрь и увидали на двух длинных скамьях множество великанов свирепого вида. Тор со спутниками подошли к конунгу Утгарда-Локи и приветствовали его. Недружелюбно посмотрел на них конунг, заскрежетал зубами и сказал так:
- Теперь уже поздно допытываться, как вы попали сюда, разве есть еще какой-нибудь путь, которого я не знаю? Неужели этот коротышка - сам Тор? Думал я раньше, что должен ты быть поболее ростом! И в каком же искусстве берутся показать себя твои спутники? Каждый, кто только приходит сюда к нам, должен владеть искусством или умением, в котором он превосходил бы других.
На это отвечал ему Локи, вошедший последним:
- Я владею одним искусством и готов доказать наделе, что никто из сидящих здесь не съест доли своей быстрее меня!
- И то искусство, - отвечал Утгарда-Локи, - и следует испытать тебя в этом деле.
И крикнул он, чтобы человек, сидевший на дальнем конце скамейки, по имени Логи, что значит "Пламя", вышел вперед и вступил в состязание с Локи.
Принесли корыто, поставили его на пол посреди зала и наполнили мясом. По концам корыта сели Локи и Логи и принялись есть мясо каждый со своей стороны и встретились лицом к лицу как раз посреди ко рыта. Оказалось, что Локи съел все мясо, оставив одни только кости, а Логи съел не только мясо, но и кости, а с ними и корыто. И все нашли тут, что Локи проиграл состязание.
- А ты в какой игре мастер? - спросил Утгарда-Локи у Тьяльви.
Тьяльви отвечал, что готов бегать взапуски с каждым, с кем только прикажет Утгард-Локи.
- Хорошее это искусство, - сказал Утгарда-Локи и приказал поскорее начинать состязание.
Вышли они все из зала в открытое поле, вызвал Утгарда-Локи из своей стражи начальника по имени Хуги, что значит Мысль, и велел ему состязаться в беге с Тьяльви. Побежали они в первый раз, и Хуги, обогнав Тьяльви, повернул назад и побежал ему навстречу.
- Надо тебе еще поднатужиться, Тьяльви, если ты хочешь выиграть игру, - произнес Утгарда-Локи, - но правду сказать, сюда не заходил еще ни один человек, который был бы быстрей тебя на ногу.
Побежали они во второй раз, и, когда Хуги, добежав до конца поля, оглянулся назад, Тьяльви был еще далеко позади.
- Хорошо бегает Тьяльви, как я погляжу, - сказал Утгарда-Локи, - по не думаю, чтобы удалось ему выиграть игру. Пусть же бегут они теперь в третий раз.
Побежали они снова, и на этот раз, когда Хуги, добежав до конца поля, повернул назад, Тьяльви не пробежал еще и половины. И объявили тогда, что состязание окончено.
Спросил наконец Утгарда-Локи, каким искусством хочет похвастаться перед ними сам Тор: ведь люди много говорят о его богатырской силе и славных его подвигах. Тор отвечал, что всего охотнее стал бы он состязаться с кем угодно в питье.
- Устроить это нетрудно, - отвечал Утгарда-Локи и, войдя в зал, приказал подать штрафной рог, из которого обычно пьют его люди.^ Сейчас же вошел стольник и подал Тору рог.
- Хорошо пьет тот, кто выпивает этот рог с одного глотка, - сказал Утгарда-Локи. - Некоторые у нас выпивают его в два глотка, и нет никого, кто не допил бы его до дна с третьего раза.
Посмотрел Тор на рог, и показался он ему невелик, хоть и длинен изрядно, и почувствовал Тор сильную жажду. Взял он рог и сделал огромный глоток, думая, что никак не придется прикладываться к рогу во второй раз. Но когда перехватило у него дыхание и поднял он голову, оказалось, что едва только отпил он от краев.
- Хорошо ты пил, - сказал Утгарда-Локи, - но не слишком много.
Не поверил бы я, если бы мне сказали, что не в силах Тор выпить больше. Я уверен, что ты пожелаешь попытаться еще раз!
Ничего не ответил Тор, приложился губами к рогу и стал пить, сколько хватает дыхания, надеясь па этот раз выпить больше. Тут он заметил, что конец рога не поднимается так высоко, как бы он желал. Когда же отнял он рог ото рта, стало видно, что теперь только открылись края рога.
- Что ж это, Тор? - сказал Утгарда-Локи. - Неужели не можешь ты выпить больше? Если ты приложишься к рогу еще раз, то постарайся выпить побольше, а то мы здесь не станем считать тебя столь великим героем, каким почитают тебя асы, разве что ты отличишься еще в чем-нибудь.
Рассердился Тор, приложился к рогу и стал пить во всю мочь, и убыло тогда в роге, хоть и ненамного. Тогда отбросил он рог и больше пить не захотел.
- Теперь ясно, что этот ас вовсе не так могуч, как мы думали, - сказал Утгарда-Локи. - Не хочешь ли ты попытать счастья в какой-нибудь другой игре, Тор?
- Я готов состязаться в любой игре, - отвечал Тор, - но странным показалось бы мне, если бы дома, среди асов, такие глотки назвали бы маленькими. Какую же игру ты мне предложишь теперь?
- Есть здесь у нас мальчишки, - заговорил Утгарда-Локи, - которые сочли бы пустячным делом поднять с пола мою кошку. Я не стал бы об этом и говорить с Тором, если бы не убедился сейчас, что ты не так могуч, как я думал.
Тут появился в зале серая кошка и ростом немаленькая. Подошел к ней Тор, подхватил его руками поперек туловища и хотел было поднять, но кошка только выгнулась дугой; поднатужился Тор, как только мог, и подняла тогда кошка одну только лапу!
- И эта игра окончилась так, как я ожидал, - сказал Утгарда-Локи. - Моя кошка очень велика, а Тор мал ростом и слабосилен; не справиться ему с нашими великанами.
- Как ни мал ростом я, по твоим словам, - перебил его Тор, - но пусть любой из вас выходит бороться со мной: теперь я разозлился!
- Не вижу здесь никого, кто счел бы стоящим делом с тобой схватиться, - отвечал Утгарда-Локи, окидывая взглядом скамьи. - Позовите-ка сюда женщину, няньку мою, Элли - Старость, пусть поборется с нею Тор, если хочет; побеждала она людей, которые казались мне не слабее Тора.
Как только сказал он это, вошла в зал старуха, и приказал ей Утгарда-Локи начать борьбу с Тором. Нет нужды долго рассказывать: чем сильнее напирал Тор, тем тверже держалась старуха; когда же она, в свою очередь, начала напирать на Тора, он едва мог устоять, а скоро упал на одно колено. Тут подошел Утгарда-Локи и велел прекратить борьбу, да сказал еще, что Тору теперь нет нужды вызывать на борьбу кого-нибудь из великанов. К тому времени совсем стемнело, и Утгарда-Локи указал путникам их места для ночлега и обошелся с ними очень радушно.
Наутро, едва рассвело, Тор и сто спутники встали, оделись и начали собираться в обратный путь. Тут пришел Утгарда-Локи и усадил их за стол: не было недостатка в еде и напитках. Поевши, пустились они в путь, Утгарда-Локи пошел проводить их до ворот. Заговорил Утгарда-Локи на прощание с Тором и спросил, понравилось ли ему путешествие и удалось ли ему встретить кого-нибудь посильнее себя.
- Не могу я сказать, чтобы не потерпел я у вас большого унижения, - отвечал Тор. - Знаю, что вы будете отныне считать меня слабым, и это мне очень не по душе.
- Ну что же, когда ушел ты из нашего города, скажу тебе правду, - молвил тогда Утгарда-Локи. - И пока я жив, сделаю все, что в моей власти, чтобы никогда ты больше не попал к нам. Да и ныне ты не попал бы к нам, если б только я знал, как велика твоя сила. Ты чуть не причинил нам великих бед: мне удалось отвратить их лишь с помощью чар. В первый раз встретился я с вами в лесу, и, когда пришлось тебе развязывать мой узел, не знал ты, что он был стянут колдовским железом, а не ремнями, и оттого только ты не мог развязать его. Когда же потом ты нанес мне своим молотом три удара, из которых первый же уложил бы меня на месте, если б настиг, я заслонился невидимой для тебя скалой, той самой, что стоит возле моих палат, и на ней теперь три глубоких четырехуголыних впадины, и последняя всех глубже. То же было и в состязаниях ваших с моими людьми: Логи, состязавшийся в еде с Ло-ки, был сам природный огонь, он не поглотил, а спалил пришедшееся на его долю мясо, кости и даже корыто. Хуги, который бегал взапуски с Тьяльви, была моя мысль, и немудрено, что Тьяльви не мог обогнать ее. Когда же ты принялся пить из рога и думал, что выпил так мало, -то было чудо, которому не мог бы я поверить, коли не случилось бы оно на моих глазах; нижний конец рога уходил в море, и, когда придешь ты на морской берег, сам удивишься, как много ты выпил. Теперь это зовется отливом. Назвал я нетрудным делом поднять мою кошку, а между тем ты всех нас привел в ужас, приподняв с земли одну ее лапку, потому что кошка эта была сам Мировой Змей, плотным кольцом обвивающий всю землю: а тут туловище его поднялось над землей, и он касался ее лишь головой и хвостом; ты же, приподнимая его, взмахнул рукой чуть не до самого неба. Не меньшее чудо был и твой поединок с Элл и, в котором ты не сдавался так долго, да и сдавшись, упал лишь на одно колено Элли была сама старость, и нет и не будет никого в мире, кто бы не сдался ей наконец, когда придет его время. Теперь же, скажу я, пора нам расстаться, и для нас всех будет лучше, если вы не станете больше искать встречи со мной.
Выслушав эти речи, схватил Тор свой молот и высоко замахнулся им, готовясь нанести удар, но Утгарда-Локи исчез; оглянулся тогда Тор на город, собираясь разгромить его своим молотом, но на месте города увидал только широкое поле. Повернул он тогда назад и пошел своим путем и шел, пока не добрался до Трудвангара, своих владений.
Мифы древней Скандинавии, -М.:АСТ 2001 Добавлено: 18 июля 2010г. 13:20:06
|
|
